Этногенез народа мари

Материал из ABOUTMARI.COM
Перейти к: навигация, поиск

В научной литературе существует мнение, что марийцы под именем «имнискары» упомянуты историком VI века Иорданом в «Готике» в числе северных народов, подвластных в IV веке готскому вождю Германариху. Более достоверны сведения об этом народе под названием «црмис» в письме X века хазарского кагана Иосифа. С XI века вплоть до XX века марийцы неоднократно появляются в русских и иностранных источниках под этнонимом «черемис», этимология которого не выяснена окончательно до сих пор. Ф.И. Гордеев трактует значение этого термина с иранского языка как «кочевой», живущий в соседстве народ. По мнению Ф.Е. Егорова, «черемис» в древнетюрком языке обозначает «воинствующий человек». И.Г. Иванов выводит данное понятие с муромского и мерянского языков как «мужчина из племени «чере», Д.Е. Казанцев - с мордовского как «солнечный, т.е. проживающий к востоку (восходу солнца) от мордвы человек».

Вопрос о происхождении марийского этноса впервые был поставлен учеными в прошлом столетии в связи с решением «мерянской проблемы». Финский языковед М.Кастрен высказал мнение, что «меря» состояла из черемис или представляла родственное племя. Близкие взгляды на эту проблему высказаны историками Д.А. Корсаковым, Т.С. Семеновым, А.Куником и этнографами И.Н. Смирновым, С.К. Кузнецовым. Из археологов теорию отождествления марийских племен с мерянскими поддержал А.А. Спицын.

В советский период над проблемой происхождения марийского этноса стали активно работать археологи. В 1940-е годы А.П. Смирновым выдвинута гипотеза о формировании древнемарийского народа в результате расселения Городецких племен с правобережья Волги на левый берег в бассейн Поветлужья. Идею о переселении в первой половине I тысячелетия н.э. правобережного населения в область левобережья поддержал О.Н. Бадер, но в отличие от А.П. Смирнова он говорил о формировании марийского этноса в Поветлужье не на городецкой, а на дьяковской основе.

Гипотезу о смешанном характере древнемарийской культуры, сложившейся в результате синтеза городецкой и азелинской культур, в 1960-е годы высказал А.Х. Халиков. В его последующих работах, касающихся марийского этногенеза, основная роль отведена пермскому (азелинскому) компоненту. По его мнению,

  1. основу древнемарийского этноса составили западные группы позднеананьинского (азелинского) населения, имеющие в своей культуре городецко-дьяковские элементы;
  2. основа горных марийцев - племена, растворившие значительное число городецко-дьяковских элементов, что и объясняет относительную близость к другим группам волжских финнов;
  3. основу луговых марийцев составили азелинские и близкие им западные послеананьинские племена при минимальном участии позднегородецкого населения.

При этом исследователь признает определенное воздействие южных ираноязычных племен.

Теорией городецко-азелинской основы марийского этноса долгие годы занимался Г.А. Архипов. По его убеждению, ядро древних мари формировалось в V-VII вв. на территории Ветлужско-Вятского междуречья на базе городецко-азелинского субстрата.

Иная точка зрения высказана лингвистами. По мнению Б.А. Серебренникова, прамарийский язык был одним из северных диалектов языка волжско-финской общности, и его носители проживали юго-западнее современной территории вплоть до нижнего течения реки Оки. И.С. Галкин берет за основу данные топонимики и, опираясь на распространение древнемарийских гидронимов на -нер, -нар, утверждает, что «прародина мари главным образом на правом берегу Волги и несколько южнее и западнее, чем в настоящее время. Луговая сторона Волги была заселена прапермянами».

Суммируя вышеперечисленные точки зрения по вопросу происхождения марийского народа, можно выделить два основных направления:

  1. автохтонное формирование мари в Ветлужско-Вятском междуречье аргументируется в основном археологическим материалом;
  2. большинство лингвистов являются сторонниками переселения марийцев на территорию их современного проживания из юго-западных районов.

Особо следует отметить взгляды К.И. Козловой. Отрицая участие азелинцев в этногенезе мари, она вполне солидарна с языковедами в том, что территория Ветлужско-Вятского междуречья в период формирования марийского этноса оставалась за пермоязычным населением. Но исследовательница все же не видит причин отодвигать границу расселения предков мари западнее Нижней Суры, за которой прочно обосновались мордовские племена, считая, что этническое ядро марийского этноса сложилось в Приказанско-Чувашском Поволжье.

Новые материалы, полученные Марийской археологической экспедицией за последние 15 лет, детальная обработка археологических коллекций из фондов МарНИИ позволили еще раз вернуться к этой проблеме и скорректировать существующие гипотезы. Можно сделать заключение, что в середине I тысячелетия н.э. территория Ветлужско-Вятского междуречья была населена пермскими племенами. Отличительные особенности от памятников основного массива азелинской культуры носят скорее всего локальный характер.

В VI веке в Марийском Поволжье появляются племена, оставившие Младший Ахмыловский могильник VI—VII вв. (находки у д. Юльялы, городища в устье р. Суры и, вероятно, Сомовское городище). Часть их расселяется по р. Ветлуге: некрополь на Чертовом городище (VI - начало VII вв.), серия городищ Ветлужско-Вятского междуречья. В культуре этого населения уже прослежены этнографические признаки марийского этноса, получившие преемственное развитие на последующих этапах. В дальнейшем (VII—XI вв.) происходит продвижение древнемарийских племен на север и восток к рекам Пижме и Вятке, в процессе которого они вступают с проживающим здесь пермоязычным на¬селением в контакты этнического характера, вследствие чего наблюдается проникновение прикамских традиций в марийскую культуру.

В IX-XI вв. закладываются различия между этнографическими группами марийского этноса. Памятники, расположенные в волжском бассейне (Дубовский могильник, Нижняя Стрелка), можно связать с горными мари, а ветлужские (Весело вский, Черемисский могильники) - с луговыми. Своеобразие представляет группа могильников, расположенных на реке Вятке (Лопъяльский, Кочергинский, Юмский) и оставленных, вероятно, марийским населением, представляющим самостоятельное наречие, отличное от горного и лугового. На формирование этнографического облика населения, от которого до нас дошли вятские памятники, значительно повлияли контакты с проживающим здесь пермоязычным населением, предками удмуртов. Дополнительные данные о происхождении мари дает физическая антропология. Народы финно-угорской языковой семьи, по мнению Н.Н. Чебоксарова, формировались на обширной территории по обе стороны гор Урала, в этнической среде, обнаруживавшей этнические связи с населением западных, восточных и южных регионов. Антропологические материалы в виде костных остатков людей разных эпох говорят о том, что население, составлявшее ядро финно-угорской языковой общности, сформировалось на территории, расположенной между ареалами европеоидной и монголоидной рас, граница между которыми практически совпадает с границей между Европой и Азией.

В начале 1920-х годов В.В. Бунак показал своеобразное положение поволжских финно-угров внутри уральской расы, выделив субуральский антропологический тип, яркими представителями которого он считал марийцев. В.В. Бунак отмечал у них сохранившиеся монголоидные черты древнего уральского расового типа (окраска волос, цвет глаз, слабое развитие бороды, узковатый разрез глаз, форма черепа и строение лица).

В конце 1950 - начале 1960-х гг. К.Ю. Марк обследовала 10 локальных групп марийцев: одну группу горных (еласовские), шесть групп луговых (звениговские, моркинские, медведевские, оршанские, сернурские, маритурекские) и три группы восточных (шурминские, калтасинские, мишкинские). Она первая и единственная из ан¬тропологов осуществила исследование всех этногрупп марийцев, носителей трех (из четырех) наречий и семи говоров марийского языка. По результатам анализа полученных материалов ею осуществлена антропологическая характеристика современных марийцев в сравнении с данными по другим финно-уграм Поволжья и Приуралья, а также соседним народам региона.

На основе сравнительного анализа признаков первого (рост бороды, ширина и наклон глазной щели, эпикантус, поперечный профиль лица, выступание скул, высота переносья, поперечный профиль спинки носа и профиль верхней губы) и второго (цвет волос и глаз) порядков К.Ю. Марк пришла к выводу, что к марийцам наиболее близки удмурты, коми-пермяки, часть мордвы-мокша, саамы. Эти народы она отнесла к уральской расе - переходной между европеоидной и монголоидной расами. Марийцы среди названных народов наиболее монголоидные и темнопигментированные. По этим признакам, по мнению исследовательницы, они приближаются к чувашам.

В.П. Алексеев отмечал многообразие типологических вариаций в антропологическом типе финно-угров Поволжья,представляющих «гамму переходов от типичных вариантов уральской расы до не менее типичных европеоидных вариантов». Он считал, что нет оснований выделять в составе населения Поволжья два антропологических типа: субуральский и сублапоноидный, и предлагал ограничиться выделением одного типа, оставив за ним название субуральского и подразумевая под ним вариант уральской расы, европеоидная примесь в составе которого выражена значительно более отчетливо, чем в составе ее типичных представителей.

Современное состояние антропологических исследований позволяет говорить о принадлежности марийцев к древнеуральской антропологической общности, которая в результате метисации с европеоидами дала начало антропологическим типам финно-угорских народов. В ходе многовековых этнических связей сложились своеобразные черты антропологического облика марийского народа. При этом сохранились определенные особенности расовых признаков древнеуральской общности.

Источники

Марийцы. Историко-этнографические очерки. Коллективная монография.Йошкар-Ола: МарНИЯЛЛИ,2005.-336с.